Блог

Гиперактивный ребенок: диагноз или состояние души?

«Очень подвижный, ни минуты не сидит на месте», «делает только то, что хочет», «не слышит меня и не слушается», «чуть что не по его – сразу в крик», «не любит книжки, не может ни во что долго играть» – такие характеристики ребенку первых лет жизни часто дают родители на приеме у детского невролога. Как правило, подобные особенности ребенка не вызывают беспокойства – он же ребенок, поэтому должен быть шумным, активным, неусидчивым. С позиции современных тенденций воспитания в виде вседозволенности, «не приказать, а договориться», прикладывания максимума усилий, дабы избежать детского плача – для некоторых родителей такое поведение малыша может быть даже умилительным, ведь ребенок естественен, раскрепощен, свободен внутренне и внешне. А дискомфорт окружающих (иногда достаточно серьезный), конечно, не в счет.

Другие родители, наоборот, чрезмерно озабочены излишней активностью ребенка, поэтому самостоятельно и иногда, увы, с помощью врачей, всеми силами пытаются облечь особенности поведения ребенка в конкретный диагноз. Как правило, все «неудобства» ребенка рассматриваются как следствие «перинатального поражения центральной нервной системы», столь любимой детскими неврологами формулировки диагноза, что открывает огромные возможности для назначения всевозможных препаратов. Казалось бы, все правильно, есть жалобы – назначается лечение: ноотропные, седативные препараты. Стоит только помнить, что подавляющее большинство препаратов не разрешены в раннем детском возрасте, а с позиции доказательной медицины воздействие их на формирующийся мозг ребенка весьма сомнительно.

Описанные ситуации как два полюса одной проблемы взаимоотношений между родителями и ребенком. Конечно, в каждом случае, решение должно приниматься индивидуально. Однако есть некоторые общие закономерности.

  1. Двигательная расторможенность, излишняя эмоциональность, капризность ребенка может быть в случае недостаточного внимания к нему со стороны родителей. Бывает, ребенок растет с бабушками/нянями, в то время как родители целый день заняты на работе, при этом особенная неуправляемость и капризы проявляются именно во взаимоотношениях с мамой и папой. Если кардинально изменить ситуацию с объёмом рабочего времени невозможно, доступное свободное время мамы (а в идеале, и папы) стоит посвятить ребенку. Пусть это будут 15-30 минут в день полноценного общения/игры, но это будет только ваше время, без отвлечения на телевизионные программы, телефонные звонки и т. п. Трудность состоит в том, что в большинстве случаев полноценные занятия с ребенком требуют от родителей выхода из зоны личного комфорта. Но ведь установление прочных эмоциональных связей с ребенком того стоит!
  2. Иногда излишнюю эмоциональность, агрессию, двигательную расторможенность провоцируют внутрисемейные конфликты, особенно происходящие на глазах у малыша. Прежде чем обращаться за медицинской помощью с целью коррекции поведения ребенка задумайтесь, насколько благополучен климат в вашей семье?
  3. Замена непосредственного живого общения всевозможными гаджетами оказывает обратное действие – ребенок становится более возбудимым. Частая смена картинок на экране является сильной фотостимуляцией. Кроме того, агрессивные действия героев мультфильма/электронной игры провоцируют ребенка на повторение этих действий в реальной жизни. Таким образом, у эмоционально лабильного, расторможенного ребенка, общение с данными электронными устройствами чревато усугублением нарушений поведения. Наконец, нельзя отрицать тот факт, что при регулярном и длительном использовании электронных игровых устройств формируется психологическая зависимость, вследствие чего внезапный запрет/изъятие гаджета вызывает бурную негативную реакцию ребенка. Допустимое время у телевизора для ребенка 4-5 лет составляет 20 минут в день, а дети до 3 лет в идеале не должны допускаться к просмотру. То же касается и электронных игр. Но многие ли семьи соблюдают эти рекомендации?
  4. Иногда родители пытаются компенсировать недостаток проведенного времени вместе с ребенком вседозволенностью, и это в корне неправильно. Двух-трехлетенему малышу очень трудно контролировать свои эмоции, а в отсутствии неких установленных рамок/границ поведения это становится практически невозможным. Парадоксально, но ребенок нуждается в контроле и ограничениях, без них он чувствует себя уязвимым, возрастает тревожность и, как следствие, усугубляется плохое поведение. Бывают ситуации, в частности, угрожающие жизни ребенка, требующие активных и четких действий со стороны взрослого. Например, попытку выбежать на проезжую часть на прогулке необходимо контролировать быстро и жестко, и иногда просто слова «нельзя» недостаточно, и здесь необходимо «власть употребить».
  5. Современные системы воспитания часто отрицают необходимость режима. Однако, если для ребенка первого года жизни эта ситуация является более-менее естественной, отсутствие определенного режима дня для трехлетнего ребенка может негативно отразиться на его поведении. Соблюдение режима кормлений, прогулок, сна и занятий создают некую достаточно стабильную систему, в рамках которой выстраивается поведение ребенка. Физические нагрузки (для малыша это, например, длительные прогулки, ходьба, езда на велосипеде и т.д.) в идеале должны чередоваться с нагрузками интеллектуальными: совместное рассматривание картинок, чтение книг, настольные игры.
  6. Повышенная двигательная активность у ребенка 4-5 лет может найти выход при занятиях спортом: физические нагрузки, особенно на свежем воздухе, под руководством тренера, в коллективе сверстников способствуют развитию определенной дисциплины поведения и, в то же время, дают выход накопившейся энергии.

Эти рекомендации при действительном желании скорректировать поведение ребенка и наладить контакт с ним, в сочетании с большим родительским терпением почти всегда работают, хотя для достижения желаемого результата требуется время. Однако, существуют некоторые нюансы.

Если все из вышеперечисленного перепробовано неоднократно, не работает, и, главное, особенности поведения причиняют большие неудобства самому ребенку и другим членам семьи, пора вмешаться специалисту – педиатру, детскому неврологу, психологу.

Неуместная, несоответствующая ситуации избыточная активность, импульсивность в социальном поведении, дефицит внимания, проблемы взаимоотношений с окружающими действительно могут быть признаками синдрома дефицита внимания с гиперактивностью (СДВГ).

Синдром дефицита внимания с гиперактивностью встречается в 4-9,5% случаев (в США – в 3-7%) и является самой частой причиной нарушения поведения и трудностей обучения в дошкольном и школьном возрасте. Согласно современным представлениям, СДВГ является дисфункцией нервной системы (преимущественно, ретикулярной формации головного мозга), проявляющаяся трудностями концентрации и поддержания внимания, нарушениями обучения и памяти, а также сложностями обработки информации, поступающей из внешнего и внутреннего мира. Рассматриваются различные теории происхождения СДВГ. В настоящий момент на первое место выдвигаются генетические факторы – большое значение имеет семейная отягощенность. Также играют роль неблагоприятные факторы перинатального периода, не приводящие к грубому поражению центральной нервной системы, но накладывающие отпечаток в виде изменения некоторых функций головного мозга. Синдром дефицита внимания с гиперактивностью делится на 2 категории: I – гиперактивная форма с преобладанием подвижности и импульсивности, II – без гиперактивности (с преобладанием невнимательности). Если первый вариант, проявляющийся снижением самоконтроля, слабой эмоциональной устойчивостью, невозможностью приспособиться к детскому коллективу, чаще встречается у мальчиков, то второй с преобладанием невнимательности, нарушением познавательной функции чаще бывает у девочек. Критериями постановки диагноза СДВГ являются:

  1. Наличие у ребенка дефицита внимания и/или гиперактивности.
  2. Раннее (до 7 лет) появление симптомов и длительность их существования (более 6 месяцев).
  3. Проявление симптомов и дома, и в школе/детском саду.
  4. Отсутствие связи с другими заболеваниями.
  5. Нарушение обучения и социальной функции.

Чрезвычайно важно понимать, что если нет нарушения обучения и социальных функций (что выявляется при проведении тестирования ребенка), то даже при наличии клинических проявлений синдрома диагноз не ставится, следовательно, ребенок в лечении не нуждается. Также из критериев диагностики понятно, что диагноз является возрастозависимым и может быть поставлен только в 5-6 лет, когда трудности обучения становятся очевидными.

Следует знать, что клинические проявления СДВГ часто встречаются у детей после различных перенесенных соматических заболеваний (например, после тяжелого течения ОРВИ) и в данном случае входят в состав астенического синдрома и носят проходящий характер; а также у детей с патологией щитовидной железы, специфическими нарушениями обучения (дислексия и т.д.). В любом случае, поставить диагноз может только врач после тщательного сбора анамнеза и оценки значимости клинических симптомов. В настоящий момент существует патогенетическое лечение СДВГ, позволяющее значительно улучшить поведение и адаптационные возможности ребенка, однако назначение терапии возможно только в случае, если диагноз не вызывает сомнений.

Таким образом, большинство проблем поведения в раннем детском возрасте носит проходящий характер, а степень их выраженности подчас зависит от полноты и прочности эмоциональных взаимосвязей между родителем и ребенком. Именно родителям, а не врачу, отведена главная роль в воспитании и формировании у ребенка приемлемой модели поведения как в семье, так и за ее пределами. Увы, «волшебной таблетки» для моментального решения проблемы нет, но ежедневный труд, опирающийся на советы специалиста, обязательно даст положительный результат. Давайте работать вместе!

Алямовская Галина Александровна
Педиатр